Сейчас по Нашему радио обсуждают игру на музыкальных инструментах.
Тема для меня более чем актуальная. Потому как в возрасте пяти лет матушке вздумалось привить чаду любовь к музыке. Чадо упиралось, сопротивлялось и устраивало истерики. Умудрялось приводить весомые доводы и грезило о художественной школе. Аргумент, перечеркнувший все мои усилия, был прост и гениален. Мама купила пианино и, со словами: «Ты знаешь как дорого оно стоит? Марш учиться!» - засунула меня в музыкальную школу. Учитывая, что в первый класс брали с семи лет, два года я ходила в подготовительный.
Дабы объяснить столь маниакальную одержимость, поясню: сама мама в свое время получила музыкальное образование и по сей день работает музыкальным руководителем в детском саду. Считает эту работу самой идеальной для женщин и искренне недоумевает — отчего я не спешу разделить ее убеждения.
Каждый год я мечтала бросить ненавистную школу, и каждый год после основных уроков, брала в руки большую коричневую папку с черными тесемками, засовывала в нее ноты и ехала на встречу с ненавистным. Чтобы вновь сидеть за клавиатурой и на ходу подбирать пьесу, которую я должна была разучить еще дома. На всякий случай я косила под бездарную дуру, но от двоек это все равно не спасало.
Мечтать о том, что брошу школу я перестала лишь на последнем году обучения. Кто ж знал, что маменька решит не останавливаться на достигнутом?
Для начала ей взбрело в голову отправить меня после девятого класса в педколедж. По большому счастью, в момент сдачи экзаменов, небесная канцелярия находилось в хорошем расположении духа и я завалила поступление с блеском. Мама расстраивалась не долго. Уже через неделю она нашла другой способ повысить мою музыкальную квалификацию.
В городе обнаружился коварный альянс средне образовательной и музыкальных школ. Учащимся предлагалось утром ходить на обычные занятия, а во вторую смену топать на специальные.
В общем, если раньше я частенько прогуливала музыкалку, то теперь за компанию стала игнорировать и обычную. В музыкальную я и вовсе носа не казала. В конце года наступила расплата за вольготный образ жизни. Родителей вызвали к директору, держать совет. Я, как и в возрасте пяти лет, отбивалась руками и ногами от пианино, грезила о журналистике и просила отпустить меня с миром. Доводы родителей и директора доучиться еще год не помогали. Слишком свежи были воспоминания о предыдущем подвохе. Пригласили подмогу в виде прочих учителей. Под обещания, что никто не будет с меня вообще что-либо требовать и я могу учиться как угодно плохо, лишь бы училась — меня уговорили.
Честно скажу — мне хватило сентября, чтобы пожалеть о своей сговорчивости. Если раньше от вида инструмента у меня появлялся лишь рефлекс свалить куда подальше, то теперь меня буквально трясло от любого прикасания к клавишам. Звучание рояля стало сродни скрежетанию ногтями по стеклу. Нервы не выдерживали.
История закончилась тем, что через месяц после начала учебного года я, взяв в руки аттестат об окончании девяти классов, отправилась самостоятельно переводиться в другую школу. В другой школе, спросив, отчего вместе со мной не пришли родители, и поглядев на трояки по алгебре и геометрии, заподозрили подвох и на всякий случай послали с миром.
В музыкалку возвращаться не хотелось и я приняла решение — свалить из дома. Так как идти было особо некуда — я поехала на дачу.
Час ночи. Я, зарывшись под одеяло, читаю книжку и грызу яблоко, обдумывая, в какую еще школу можно попробовать перевестись. Во дворе слышатся звуки подъезжающей машины. Спустя минуту в домик залетает перепуганная мама. Забирает меня домой. Всю дорогу мы едем молча. Я обдумываю — насколько сильно мне влетит за сей некрасивый поступок.
К моему удивлению, по приезду никто не стал ругаться. Меня усадили за стол и спросили: чего же хочу я сама. Услышав в сотый раз — стать журналистом, мама была вынуждена согласиться. На этом с музыкальным обучением покончили раз и навсегда.
А в какие школы и кружки ходили вы сами? И пригодились ли полученные умения в дальнейшем?